• Peritum Media

Эпидемия. Реальные опасности и ложные предупреждения



Моей жене, моим детям, моим внукам и всем, кто со мной работает.


ВСТУПЛЕНИЕ

Паника о возможных эпидемиях усилилась в последние годы. Страх перед коровьим бешенством, который привел к массовым мерам в отношении потребления мяса, двумя птичьими гриппами, эпидемией гриппа H1N1, SARS коронавирус, коронавирус MERS, китайский коронавирус, Эбола, сибирская язва с биотерроризмом, оспа, чикунгунья, Зика. Для всех этих болезней были сделаны математические модели и предсказания, предсказывающие смерть миллионов людей. Ничего не произошло, кроме эпидемии гриппа, которая убивала, как обычный грипп. Все якобы пугающие потенциальные эпидемии, сгруппированные вместе за последние двадцать лет, едва превысили 10 000 смертей при 56 миллионах смертей в мире. Не очень впечатляет. С другой стороны, другие эпидемии игнорировались, включая холеру в Африке и особенно на Гаити, в результате которой погибло 10 000 человек, и тиф в Восточной Африке, в результате которого также погибло 10 000 человек. В свою очередь, огромная эпидемия Clostridium difficile убивает от 60 000 до 100 000 человек в год во всем мире. Наконец, что касается паники перед лицом трансмиссивных болезней, таких как чикунгунья или Зика, нас могут поразить только низкая смертность и небольшое количество случаев, существующих во Франции, по сравнению с огромным охватом и освещением в СМИ и политическая цена решений, связанных со всеми этими предупреждениями. Кол-во смертей во Франции в течение более двадцати лет всеми вышеупомянутыми заболеваниями, которые были предметом ужасающих прогнозов — за исключением гриппа, который убивает каждый год, но не убил больше в год H1N1 — смешно, по сравнению с цифрами, озвученными в СМИ. У меня была возможность сказать, что, за исключением коровьего бешенства, по которому я не веду учет, все эти болезни убили только 4 человек за двадцать лет в метрополии Франции. В то время как количество аварий со скутерами за 2019 год составило наконец — то 11 в той же стране. Все эти сигналы тревоги запущенные в стране, все эти плакаты в аэропортах из-за того, что убило 4 человека! Не говоря уже о миллиардах, потраченных на лекарства, которые не увидели свет, и на бесполезные вакцины. Все это должно привести к размышлениям. Так получилось, что с самого начала учебы в медицинском вузе я столкнулся с инфекционными кризисами. Я участвовал в управлении несколькими настоящими эпидемиями, я был вовлечен в несколько кризисов в области здравоохранения, я отвечал за миссию Министерства здравоохранения и исследований по анализу этих кризисов в области здравоохранения, в том числе в контексте биотерроризма, и, насколько мне известно, я самый цитируемый эксперт в области инфекционных заболеваний в мире. Это дает мне право проанализировать весь свой опыт, связанный с этими кризисами в области здравоохранения, их значение и способы их понимания. Чтобы представить все это непосредственно в перспективе, интересно посмотреть, что становится реальностью в размышлениях различных СМИ на сайте «Our World in Data.». Этот сайт сравнивает в Соединенных Штатах реальную смертность, вызванную различными болезнями и их отражение в Google, в New York Times и Guardian. Смотрите 2% фактической смертности от какого-то заболевания становится 30% в Google и 70% в Guardian, как и в New York Times. То есть терроризм, убийства и самоубийства составляют 70% информации о погибших в этих двух газетах. Что касается инфекционных заболеваний, у меня была возможность вместе с редактором одного из журналов Lancet написать посвященную им статью, которую я назвал «Шумиха ни о чем», как в пьесе Шекспира «Много шума из ничего», после подсчета количества международных статей в научных журналах по одной болезни, вы можете найти до 61 публикации в «лучших журналах мира» из-за одной смерти. Это опасение по поводу эпидемий не имеет никакого отношения к реальной смертности от инфекционных заболеваний. На практике этот показатель неуклонно снижается в течение последних тридцати лет. Это связано со снижением смертности от трех главных убийц: туберкулеза, СПИДа и малярии. Не благодаря вакцинам, а от СПИДа, например, благодаря получению лекарств, которые работают и предотвращают развитие эпидемии. От малярии чудодейственным средством является экстракт китайских растений, но резкое уменьшение этой патологии также связано с установкой обработанных инсектицидами москитных сеток. Наконец, в отношении туберкулеза не так много нового; он сокращается из-за лучшего ухода и лучших гигиенических условий, но по-прежнему убивает 1,2 миллиона человек в год во всем мире. Другое снижение смертности вызвано респираторными инфекциями, которые вызвали столько беспокойства, но которые снизились с более чем 4 миллионов смертей в год в 1990 году до 2,6 миллиона в 2019 году: очень значительное снижение, главным образом, из-за старых антибиотиков и вакцинации против pneumococcus, что означает, что пневмония, некогда ведущая причина сокращения продолжительности жизни, теперь находится на 4-м месте благодаря нашей победе над нынешними инфекционными заболеваниями. Настоящая возникающая инфекционная болезнь, которая реальная угроза сейчас в мире — это инфекция Clostridium difficile, которая, насколько мне известно, никогда не вызывала шума в СМИ. Я постараюсь подробно рассказать об этих различных эпизодах, которые позволят нам задуматься о будущем. 1 СИБИРСКАЯ ЯЗВА: ЛОЖНАЯ ЭПИДЕМИЯ. РАСПРОСТРАНЕНИЕ БИОТЕРРОРИЗМА. В контексте биотерроризма сибирская язва была первой ложной эпидемией, с которой я столкнулся. Сибирская язва — относительно распространенное, но серьезное заболевание, которым заражаются в основном животные, которые копаются в почве, поскольку ее бактерии представляют форму устойчивости, называемую «спорами», которая является летучей и может существовать в почве в течение многих лет. Эта спора сыграла важную историческую роль, поскольку именно о ней Пастер с одной стороны, и Роберт Кох — с другой, смогли показать причинную связь сибирской язвы: бактерия, которую позже назвали Bacillus anthracis. Именно поэтому Пастер сделал один из первых опытов по массовой вакцинации крупного рогатого скота. Тем не менее, эта бактерия позже была изучена как биологическое оружие, особенно для убийства животных во время Второй мировой войны. Использование этой бактерии, которая в воздухе способна вызвать смертельную пневмонию, продолжалось в военных лабораториях, особенно в США и России. Но в 1970 году Никсон решил положить конец военным биологическим исследованиям (токсины, яды и микробы), и в 1972 году было подписано международное соглашение об отказе от биологического оружия. С тех пор никто не должен был после подписания этого соглашения производить биологическое оружие. Однако на практике было еще два случая неестественного заражения сибирской язвой из военных лабораторий. У фермеров по-прежнему наблюдаются естественные инфекции этой палочки, особенно в Африке. Несколько случаев кластерных инфекций также наблюдалось у лиц, употребляющих наркотики внутривенно. Что касается двух эпизодов инфекций, связанных с использованием сибирской язвы в военных целях, они хорошо известны. Одно произошло в 1979 году в Екатеринбурге (Россия), где было диагностировано около 100 летальных пневмоний неизвестного происхождения. Соединенными Штатами было установлено, что это была сибирская язва. В конце концов Россия «сдалась» — и Борис Ельцин признал это спустя долгое время, что это произошло из-за ошибки в военной лаборатории в Екатеринбурге. Зараженные пациенты были под ветром от лаборатории! Второй эпизод происходит в контексте 11 сентября 2001 года. Через две недели после нападения на башни-близнецы, бациллы сибирской язвы отправляются в письмах сенаторам и журналистам США. Вместе они убьют пять человек. Сразу же начинает циркулировать термин «биотерроризм». Распространение информации вызывает безумие во всем мире. Повсюду люди кладут белые порошки, которые быстро вызывают подозрение, иногда вынуждая закрывать заведения, где они работают или учатся. Присылаются причудливые письма, содержащие муку, мел. Во Франции необходимо было протестировать 1800 образцов, чтобы исключить присутствие Bacillus anthracis. В этой ситуации Франция совершенно не способна удовлетворить такое требование. За исключением Марселя, где лаборатория может обработать все эти образцы вовремя, то есть в течение 24-48 часов. Я построил эту очень большую лабораторию уровня с уровнем безопасности 3 (что позволяет работать без отбраковки микроорганизмов снаружи), и, таким образом, мы обработали треть французских образцов. Мы были единственными, кто сделал это вовремя. Обратите внимание, что был только один ложноположительный результат: он поступил из единственной лаборатории во Франции, которая занималась этими бактериями. Вскоре контррасследование показало, что это ложное срабатывание. В этих кризисных состояниях люди паникуют. Так, в лаборатории Питье-Сальпетриер, которая должна была лечить наиболее опасные бактерии (бациллы туберкулеза с множественной лекарственной устойчивостью), не было лабораторной безопасности. Персонал подтвердил свое право на отзыв и отказался от анализа порошков! И во всех ЦХУ Парижа невозможно проверить эти порошки. Ни Институт Пастера, ни армия не имеют для этого достаточного технического персонала. Как бы то ни было, в Америке больше не было случаев сибирской язвы... Когда в 2002 году сменилось правительство, ЖанФрансуа Маттеи, профессор медицины из Марселя, ставший министром здравоохранения, и Бернар Биго, директор кабинета Клоди Эгнерэ, министра исследований, попросили меня выполнить миссию по биотерроризму как результат нашего опыта работы с подозрительными порошками. С самого начала я попросил, чтобы мой отчет также охватывал кризисы инфекционных заболеваний, а не только биотерроризм, который, как я ясно видел, был скорее социальным кризисом, чем медицинским. Во время этой миссии, порученной мне министерством, я увидел влияние циркулирующей «серой», то есть сомнительной, информации. Один из бывших советников Бернарда Кушнера позвонил мне лично и сообщил, что американцы нашли порошок, содержащий бациллу сибирской язвы в бункере Саддама Хусейна. В 2005 году в ООН представитель Джорджа Буша Колин Пауэлл махнул рукой тюбик, содержащий белый порошок, и объяснил всему миру опасность, которую представляют запасы бактерий сибирской язвы, которые, вероятно, были у Саддама Хусейна, как объяснил Ноам Хомский в «Сфабрикованном согласии». И это элементы, которые заставили 65% американцев поверить, что на самом деле атака на башни-близнецы была связана с Саддамом Хусейном. В то же время математиками-моделистами из Университета Джона Хопкинса был снят фильмкатастрофа об оспе. Опять же, «серые» источники сообщали, что во время Первой войны в Персидском заливе кто-то видел надпись «Оспа» на холодильнике для хранения чего-то там. Из этой неопубликованной информации исследователи Джона Хопкинса сняли фильм под названием «Темная зима», в котором рассказывается о том, что можно могло бы произойти, если бы Саддам Хусейн обладал вирусом оспы. Учитывая, что никто больше не вакцинировался от оспы, этот фильм заканчивался смертью 1 миллиона человек, если бы только 10 зараженных человек были отправлены в 10 аэропортов мира. Это напугало Джорджа Буша, а также французских политиков, и поднялся вопрос о вакцинации против оспы. Дело в том, что вакцина от оспы довольно плохо переноситься организмом, но США, обосравшись в штаны, решили проводить вакцинацию, не учитывая связанный с этим риск (которого на самом деле никогда не было). Поэтому сделали прививки своим военнослужащим. Результат: около 100 смертей от ранее неизвестного осложнения, воспаления сердца, которое произошло у молодых людей, вакцинированных впервые. Таким образом, американские военные убили сотню своих ребят из-за простого фантастического фильма ужасов. Что касается опасности бациллы сибирской язвы, все обстоит еще более драматично и помогает стать параноиком, даже если вы этого не хотите. Фактически, позже я познакомился с одним из членов группы, который в Американском центре изучения последовательностей в течение двух месяцев изучал геном который посылали в письмах и тд. В первых случаях сибирской язвы была определена последовательность генома бактерий и сравнивалась с известными геномами, в том числе с геномом, которым американцы манипулировали в своей военной лаборатории теоретически до 1972 года в Форт-Детрике. Бактерия была той же самой, и не было никаких сомнений в том, что эта бактерия, которую послали американским политикам и журналистам, была бактерией из лаборатории армии США в Форт-Детрике, несмотря на то, что работы с этими бактериями не велись с 1972 года. В итоге американцы выследили главного подозреваемого, которого звали Айвинс (Ivins), бывшего инженера, ответственного за милитаризацию бациллы. Вероятно, он покинул Форт Детрик со спорами этой бактерии в кармане, которые сохранялись тридцать лет, и которые он смог отправить, терроризируя мир. У несчастного человека был тяжелый психиатрический анамнез (в том числе, когда его наняли для управления военной программой в ФортДетрике). Он покончил жизнь самоубийством до суда. Эти данные стали известны американцам в течение двух месяцев. Задолго до того, как министр обороны Организации Объединенных Наций размахивал флаконом, который, как полагали, содержал бациллу сибирской язвы и представлял опасность биотерроризма на планете. Таким образом, на практике мы имели дело с ложной эпидемией. Страх перед настоящей эпидемией поначалу мог быть искренним, но два месяца спустя американские власти прекрасно знали, что это не так. Речь шла не о биотерроризме, а о бесхозяйственности военного персонала США. Таким образом, два эпизода сибирской язвы — это эпизоды дисфункции российской армии с одной стороны и американской с другой, и не имеют ничего общего с биотерроризмом. Надо сказать, что этот страх перед биотерроризмом не помешал Биг Фарме делать бизнес. Действительно, я не знаю, кому удалось убедить Центр по контролю за заболеваниями (CDC) рекомендовать использование антибиотиков из группы хинолонов и ципрофлоксацина, которые в то время были защищены патентом, поэтому чрезвычайно были дороги в лечинии «будущие сибирской язвы». С медицинской точки зрения это было абсолютно не обосновано для использования, это заболевание прекрасно поддается лечению простыми антибиотиками, такими как пенициллин или доксициклин, стоимость которых уже была ничтожно мала. Тем не менее, Соединенные Штаты заказали тонны ципрофлоксацина, хранящиеся на различных складах по всей стране, чтобы справиться с этой угрозой биотеррористов, и Франция тоже последовала этой стратегии, заплатив при этом весьма значительную цену. Однако я представил свою точку зрения министру, когда писал предварительный отчет в 2002 году: в то время не было причин для создания запасов ципрофлоксацина. Моя гипотеза состояла в том, что влияние Биг Фармы было значительным в той истории и что Франция, как часто это происходит, просто повелась на рекомендации Центра по контролю за заболеваниями (CDC), не проанализировав их. Однако, такая чрезмерная представленность биотерроризма не вызывает удивления. Достаточно посмотреть на сайт Our World in Data , который показывает, что в информации Google, а также в New York Times или Guardian терроризм составляет 30% всей информации о причинах смерти во всем мире, в то время как на самом деле (и особенно на Ближнем Востоке и в Индии, где смертность самая высокая), он убивает в среднем 9000 человек в год по сравнению с 56 миллионами смертей в год всего человечества. Как ни странно, Google врет в 2 раза меньше, чем New York Times или Guardian. В этой истории с сибирской язвой я обнаружил государственную ложь, использование феномена коллективного страха для начала войны, доверчивость людей. И я испытал сильную горечь. Потому что, по крайней мере на время, я позволил себе убедиться, что эта «серая» информация была информацией для внутреннего пользования, к которой мне посчастливилось иметь доступ, а не широкой публике. Что из гордости я считал внутренней информацией, было всего лишь маневром, острой интоксикацией тех, кто должен был знать лучше всех, что на самом деле происходит. 3 ЧИКУНГУНЬЯ: ПОЛЕЗНОСТЬ ФАРМНАДЗОРА, КАК ОТКРЫЛИ СПИД И ОЧЕРЕДНЫЕ ПЕРЕЖИВАНИЯ СМИ ПО ПОВОДУ ЧИКУНГУНЬИ. Еще одна рекомендация, которую я сделал, связана с открытием СПИДа в США. Это произошло в результате любопытного увеличения потребления ломидина в Калифорнии пятью пациентами, госпитализированными в разные больницы, эти молодые люди не знали друг друга также, как их лечащие врачи. Ломидин в то время прописывали только при очень специфической респираторной инфекции, вызванной грибком: Pneumocystis carinii. Этот грибок был только у людей с тяжелым иммунодефицитом, особенно у людей с лейкемией и получающих очень тяжелую химиотерапию. Однако те молодые люди, которым прописали Ломидин в Калифорнии не болели лейкемией. Такое странное использование этого препарата привело к расследованию, и так появился СПИД в медицине, а именно люди с крайне ослабленным иммунитетом, у которых не было никаких известных болезней. Эти пять молодых людей были мужчинамигомосексуалистами, первым определением болезни было «гей-рак»: рак гомосексуалистов. Это было первое описание СПИДа, и его помог выявить фармнадзор, потому что у этих пациентов была пневмония, вызванная этим редким грибком, и они принимали ломидин. На основании этой истории я рекомендовал в своем отчете, чтобы на национальном уровне, с сетью фармацевтов, был мониторинг ненормального потребления препаратов, содержащих наркотики. Эта мера тоже не была принята, и это досадно, потому что через несколько лет на Реюньоне (Бывшая французская колония, а сейчас просто часть Франции уже) появился мутант вируса чикунгунья, передающийся тигровым комаром (Aedes albopictus). Эта болезнь не убивает, но очень плохо вам точно будет. Она вызывает боль в суставах, которая может длиться от нескольких недель до нескольких месяцев. Эти боли утихают благодаря Долипрану, и первым признаком, того, что кто-то мог болеть в то время этой болезнью, стало бы исчезновение Долипрана из аптек на этом острове. С другой стороны, значительное потребление долипрана от боли, связанной с чикунгунья, как раз может сопровождаться смертностью из-за того, что передозировка долипраном вызывает серьезное повреждение печени, которое может быть фатальным. По факту, вас убьет не чикунгунья, а борьба с ней Долипраном в больших количествах. Но Чикунгунья продолжает беспокоить СМИ, хотя на практике не представляет особой опасности для здоровья населения в метрополиях. Я был первым, кто сказал, что у нас будут случаи, связанные с Aedes albopictus, там у местного населения и я опубликовал это. Потому что достаточно было дождаться совпадения сезона чикунгунья в одной из стран, и сезона комаров во Франции, чтобы наблюдать вторичные случаи. Все болезни, которые могут передаваться комарами Aedes, включая лихорадку Денге и вирус Зика, могут вызывать спорадические сезонные случаи в метрополии Франции. Однако отсутствие очень продолжительной циркуляции вируса в крови у людей, связанное с сезонностью комаров, делает риск распространения этих болезней в наших регионах и в нашем географическом районе крайне маловероятным. Однако этот эпизод оставил свой след, и каждое лето СМИ трубят об этом риске, который совершенно незначителен и эта болезнь никого не убила на материковой части Франции. 4 КОРОНАВИРУСЫ Коронавирусы (от латинского corona) — это очень большое семейство вирусов, которые обязаны своим названием тому факту, что у них есть корона. Это очень распространенные вирусы, поражающие как птиц, так и млекопитающих, и некоторые из них передаются от человека человеку. Они очень распространены, время от времени убивают, но полностью игнорируются СМИ и большинством органов здравоохранения во всем мире, хотя коронавирусы являются третьей по значимости причиной респираторных вирусных инфекций. Эти вирусы отличаются тем, что они являются крупнейшими из РНК-вирусов, и поэтому часто мутируют. Эти вирусы вызывают у людей инфекции верхних дыхательных путей, особенно бронхит, и диарею. Диагностировать эти вирусы начали после появления электронных микроскопов из-за их особой формы, так называемой «короны». История коронавирусов начинается в 1965 году, когда Тиррел и Байно идентифицируют вирус, полученный от ребенка, больного простудой. Этот вирус получил название 229E. Чуть позже обнаруживается еще один очень близкий вирус, который будет называться OC43, и вскоре после этого для названия этого семейства будет выбрано название коронавирус. Таким образом, они известны с 1967 года, но их исследование затруднял тот факт, что молекулярная диагностика в то время еще не была на должном уровне. По прошествии времени у разных животных было обнаружено много коронавирусов. Третьим вирусом, обнаруженным у человека, был вирус атипичной пневмонии, выявленный в 2003 году, который, как мы видели, предположительно вызвал 880 смертей, прежде чем внезапно исчез летом 2003, ни разу не появившись снова. В 2004 году были обнаружены два новых респираторных вируса из семейства коронавирусов: NL63 и HKU1. Затем эти вирусы или родственные вирусы были обнаружены у различных животных. Коронавирус из Саудовской Аравии, MERS-corona, был обнаружен в 2012 году, когда пациент был госпитализирован в Джидде: образец был отправлен в Остерхаус, и был выявлен новый коронавирус. И, наконец, в 2019 году появился коронавирус из Китая. Так что вы понимаете, что коронавирусы — это большая семья. SARS, MERS-корона и пока что китайский коронавирус не стали устойчивыми инфекционными заболеваниями у человека, в то время как первые четыре очень распространены. Мы еще вернемся к этому явлению, потому что первые четыре, которые считаются обычными, убили гораздо больше за последние десять лет, чем эти три, которые стали предметом огромного страха во всем мире. Таким образом, как мы видели, атипичная пневмония оставалась в основном территориально ограничена Востоком, если не считать загадочной эпидемии в Торонто, связанной с человеком, путешествующим из Гонконга и передавшим внутрибольничное (нозокомиальное) заболевание. Наверное, это тоже был «сверхпередатчик». Но в Торонто в больнице сделали все меры предосторожности и таким образом заболевание не смогло покинуть границы самой больницы. Что касается коронавируса MERS, то мир тоже охватило безумие с риском передачи этого вируса за пределы его первоначальной цели. На самом деле, это зооноз (заболевание, которое передается от животного человеку) и связано оно с верблюдом, который его переносит. Неизвестно, почему верблюд-носитель вызывает случаи заболевания в Саудовской Аравии, а не в прилегающих районах, где верблюды переносят вирус, но это предполагает, что существует промежуточный хозяин. Побывав там, я предположил, что бедуины, которых чрезвычайно много в Саудовской Аравии, которые часто ездят на верблюдах и живут в пригородных районах группами имеют стада верблюдов невероятного размера (несколько сотен животных). Таким образом бедуины могли быть этими промежуточными хозяевами. Прикол в том, и это более показательно: мы искали среди паломников, побывавших в Мекке, носителей MERS-короны, но все, что мы обнаружили-это носителей обычного гриппа. И это интересно в качестве исследования, так как паломники приезжают в Мекку со всего мира. Те, кто прибывает из стран, где грипп уже является эпидемией, особенно из Западной Африки летом, могут передать инфекцию людям, например, во Франции. Но у нас нет вторичных случаев заболевания дома, потому что по причинам, которые плохо изучены, климатические условия важны для передачи гриппа вне сезона и без эпидемии. Так или иначе, мы обнаружили только случаи гриппа, распространенные респираторные инфекции, и я написал редакционную статью под названием: «Из хаджа: это грипп, идиот» (фраза из президентской компании 1992 года Била Клинтона). Эта статья вызвала резкую критику со стороны коллег, которые чувствовали возможность увлечься теорией глобализации MERS-corona. Однако MERSкорона осталась там, где зародилась, и единственная вторичная эпидемия, которую мы наблюдали, произошла в Южной Корее, где было несколько больничных случаев. Опять же, остается невыясненным, почему болезнь распространилась и стала заразной, а потом прекратилась. Число случаев MERS-короны, которая, по-видимому, является эндемическим заболеванием, фактически связанным с верблюдами, неуклонно сокращается. Тем не менее, ВОЗ как обычно «зажег» и весь мир содрогнулся от MERS-короны. Во всех аэропортах мира по-прежнему есть плакаты, которые стоят рядом с плакатами с изображением вируса Эбола и об опасности коронавируса, что не может не удивить нас, и мы даже видим плакаты о птичьем гриппе. Это должно напоминать нам о несоответствии между заявленными рисками и реальными рисками, а также об опасности внушающих страх прогнозов. В этой связи обратите внимание, что эти эпизоды лихорадки побудили некоторые страны, в том числе Китай, установить ворота для определения температуры для тестирования пациентов с лихорадкой, чтобы предотвратить их передачу болезни в стране. Китайский коронавирус появился в декабре 2019 года в Ухане, где была отмечена эпидемия пневмонии. Вернемся к стратегии оснащения китайцев времен эпидемии атипичной пневмонии, которая позволила им обнаружить этот вирус, проверить его чувствительность к противоинфекционным агентам и разработать диагностические методы в рекордно короткие сроки. Возможно это был рынок, где продаются всевозможные дикие звери в пищу, в том числе летучие мыши, появилась пневмония, серьезная, иногда смертельная, особенно у пожилых людей или носителей полипатологий. Но давайте разбираться. Описание этого нового вируса Китаем привело, как мы знаем, к всемирной истерии, несмотря на то, что очень быстро было установлено, что смертность ниже, чем первоначально заявлено. Это обычное явление. В большинстве случаев новые болезни обнаруживаются, особенно в 21 веке, в результате смертельного случая или случая, переданного работникам здравоохранения. Потому что систематических исследований распространения болезней мало. Чтобы обнаружить новое заболевание, вам необходимо иметь либо тяжелый случай, либо тяжелый случай с его передачей медицинским работникам, а также лабораторию, способную идентифицировать еще неизвестные вирусы. Это совпадение между этими элементами и позволяет описать новые болезни, а вот что произошло в Ухане. Очень высокая исходная смертность была быстро компенсирована проведением диагностических тестов, как это всегда бывает. Это обычная истерия, не более того. Дело в том, что все первые случаи кажутся фатальными, потому что проверяются только очень тяжелые формы болезни (то есть тяжелые пациенты), но по мере распространения диагноза доля смертей начинает снижаться. Таким образом, до января 2020 года все погибшие были в материковом Китае, за исключением одного, смертность в районе Ухани составляла 5,6%, а за пределами этой области — менее 0,5%. Это означает, что китайский коронавирус , просто пополнит список смертности от гриппа в 0,1%. Что касается степени заразности болезни, то она определялась количеством людей, инфицированных этим заболеванием. Это неразумно. Это способ преобразования чрезвычайно сложных явлений в математические модели, которые никогда не работают в таких вопросах. У нас есть передача вируса от человека человеку, но не все люди передают болезнь одинаково. Есть, так называемые — «суперраспространители» — дети более опасны, но менее больны; пожилые люди более чувствительны, но менее опасны, за исключением людей с ослабленным иммунитетом, у которых может быть больше вирусного размножения. Один из моих сотрудников настаивает на том, что одно из различий между поведением вируса в Китае и Европой в том, что у китайцев есть привычка плевать на землю везде и это поражает всех европейцев, которые едут в эту страну. И не исключено, что это сыграло значительную роль в передаче китайской короны, ведь в мокроте много вирусов! Следовательно, эта эпидемиологическая ситуация не может быть воспроизведена за пределами Китая. Это необходимо всегда помните, что инфекционные заболевания — это болезни экосистем. Микробы, количество микробов, переносчик, пути передачи различаются очень существенно. Это означает, что мы не можем эпидемиологически перенести модель поведения вирусного заболевания на весь мир так, как это произошло в одном конкретном месте. В любом случае, коронавирусы заменяют геморрагические лихорадки в коллективном воображении. Более того, мы можем видеть, как Эбола уже просто херня по сравнению с коронавирусами , хотя еще не так давно она была страхом №1 во всех СМИ. Чума, тиф и холера, которые терроризировали наших предков, также презираются. Эти новые коронавирусы позволяют возродить беспокойство, связанное с эпидемиями, при игнорировании реальных инфекционных причин, которые продолжают сохраняться. Напомним, однако, что, несмотря на все эти последовательные «драмы» вокруг новых респираторных вирусов, смертность от респираторных инфекций продолжает снижаться, и что, согласно имеющейся у нас информации, бактериальные и вирусные респираторные инфекции, которые были причиной 4 , 5 миллионов смертей в год есть еще тридцать лет назад, в настоящее время убивают 2,6 миллиона человек, впечатляющий спад, из-за улучшения гигиенических условий, использования антибиотиков, что позволяет снизить вторичные инфекции со смертельным исходом и вакцинация против пневмококков у очень маленьких детей (что также защищает пожилых людей). В конце концов, все эти последовавшие друг за другом трагедии сопровождались значительным увеличением продолжительности жизни. Более того, посмотрите на Азию! Она теперь является эталоном по продолжительности жизни в мире. Именно жители Гонконга сегодня живут дольше, хотя еще 20 лет назад это была Европа. Скорость китайцев в борьбе с короновирусом была поразительной, особенно в оценке антиинфекционных молекул. Они показали, что хлорохин, один из самых назначаемых и простых препаратов в мире, возможно, является лучшим лечением коронавирусов и их профилактики. В любом случае эта эпидемия ковид-19 станет еще одним враньем и искажением реальности. Заболевание, которое свирепствовало в Китае, где произошло 90% случаев, и от которого по состоянию на 5 марта 2020 года погибло менее 4000 человек, смертность в мире составила 1,3%, эта смертность сопоставима со смертностью от 4 циркулирующих коронавирусов (0,8%), которые сами по себе связаны во всем мире примерно с 10% респираторных инфекций, от которых ежегодно умирает 2,6 миллиона человек. Это следует сравнить с оценкой, сделанной в 2017 году (плохой год), когда во Франции умерло 68000 человек от сезонных респираторных инфекций. 2,6 миллиона смертей от респираторных инфекций в 2018 году во всем мире. Риск того, что ковид-19 изменит французскую или мировую статистику смертности, равен нулю. В этой диспропорции между реальностью и шумом есть несколько элементов: страх новых болезней, Биг Фарма, продающая противовирусные препараты, интерес тех, кто производит вакцины в качестве меры предосторожности (хотя неизвестно, сохранится ли болезнь через год), тех, кто счастлив быть на телевидении в качестве виртуальных экспертов, тех, кто составляет рейтинги на основе страха, и те, кто считает себя провиденциальными спасителями. Одно из моих видео было временно помечено как «фейковые новости» директором газеты Le Monde, а также Министерством здравоохранения. Я распространил информацию от китайских властей об использовании лекарства, о котором я уже упоминал и который я хорошо знаю (хлорохин и его производное гидроксихлорохин), о его эффективности в предварительных исследованиях 100 случаев, подтвержденных коротким сообщением и пресс-конференцией профессора Чжун, китайского авторитета, признанного во всем мире. Это вызвало ответную реакцию и они потребовали, чтобы я удалил видео, и я даже получал анонимные угрозы. Становится все труднее понять, о чем мы говорим, и мы создали еженедельный новостной сайт на Youtube под названием «У нас есть право быть умными», как часть защиты угнетенных меньшинств. Существует 20 вирусов, связанных с респираторными инфекциями, такие как аденовирус, бокавирус, цитомегаловирус, энтеровирус, грипп A H1N1, H3N2, грипп B, метапневмовирус, парагрипп 1, 2, 3, 4, пареховирус, пикорнавирус, риновирус, Респираторный синцитиальный вирус, коронавирус ОС43, NL63, HKU1, E229 - которые ходят по всему миру. Возможно, ковид-19 станет двадцать первым, не более и не менее серьезным, чем остальные. Может исчезнет на какое-то время (коронавирус SARS отсутствует уже 17 лет) или навсегда, может, останется, будучи ограниченным конкретной экосистемой (как с верблюдами например, коронавирус Саудовской Аравии (MERS corona). Будущее покажет! 5 БЕЗУМИЕ ПОД НАЗВАНИЕМ «ЭБОЛА», ЧУМА И ГЕМОРРАГИЧЕСКАЯ ЛИХОРАДКА Безумие, связанное с Эболой, началось незадолго до того, как я начал стажировку в 1976 году. Эта серьезная болезнь протекала в Конго. Диагноз был поставлен, благодаря присутствию профессора Муйембе на территории тогдашнего Заира (ныне Демократическая Республика Конго). Он взял образцы крови и отправил их в Бельгию. Это позволило Питеру Пиоту идентифицировать этот вирус. Эта лихорадка пугала тем, что была геморрагической лихорадкой, то есть тело было залито кровью, и пациенты умирали от кровотечения, что особенно поражало воображение. Это было началом всеобщего страха распространения этой болезни по всей земле. Лихорадка Ласса также является геморрагической лихорадкой. Она ходит в Западной Африке и никогда не выходит за границы ее территории. Так вот, во всем этом также присутствует сильное преувеличение, особенно когда, как обычно, начинаются математические модели, а я их терпеть не могу. Они не имеют никакого отношения к эпидемиям. Вирус Марбург был обнаружен в Марбурге, Германия, у исследователей, зараженных образцами из Африки. Это геморрагическая лихорадка, которая также ходит в Конго с 1967 года и не оказала абсолютно никакого влияния на общую смертность в стране. С момента открытия этой патологии умерло менее 400 человек. Вирус Эболы дает рецидивы, которые регулярно всех пугают. Похоже, его резервуар — летучие мыши. Обезьяны и, особенно шимпанзе, особенно восприимчивы к этому вирусу, и они могут заразиться им от поедания летучих мышей или листьев, загрязненных мочой летучих мышей. Однако некоторые шимпанзе действительно серьезно пострадали от эпидемии Эболы. У самцов болезнь передается, в частности, только через кровь, но никак не через дыхательные пути. Если вы осторожны и не вступаете в прямой контакт, то болезнь не заразна. В Африке во время последнего эпизода в Гвинее, Конакри, использования перчаток и отбеливателя было достаточным, чтобы сохранить обслуживающий персонал в полном здравии, как только это практиковалось на регулярной основе. В Европу пришло очень мало случаев, но панический страх перед этим заболеванием как обычно создал проблемы. На практике болезнь не покидает территорий, где она есть. В 2019-2020 годах в восточной части Демократической Республики Конго, где безопасность абсолютно не гарантирована, и где полевые командиры похищают и убивают своих товарищей, так в этом районе было больше смертей от кори или малярии, чем жертв вируса Эбола. Также были случаи в Западной Африке. Одной из основных причин заражения является мытье мертвых голыми руками, что во время геморрагической лихорадки является прямым источником заражения. Но как обычно, эта болезнь имела невероятные последствия. Первый фильм ужасов Alert, был о зарождении в Африке геморрагической лихорадки и в попытке ее ликвидировать на вертолете отправляли людей, одетых в скафандры (опять же вранье про Эболу, которая может передаваться только прямым контактом), и эти люди убивали целые зараженные деревни. Эти кадры, как и другие, быстро распространились среди местного населения, и некоторые медицинские работники, размещенные в Гвинее во время кризиса Эболы, были просто убиты сельскими жителями. Вот так! Местные были прекрасно информированы, чем можно было себе представить, особенно благодаря мобильным телефонам и они думали, что их «спасители» собираются поступить так же, как американцы в фильме: истребить их, чтобы ограничить распространение вируса Эбола. Террор может вызвать ужас. Что касается меня, то я дважды был вовлечен в безумие геморрагической лихорадки. В первый раз, как мне казалось, это не имело ничего общего с лихорадкой Эбола. Ко мне обратился другантрополог профессор Дютур. Нужно было подтвердить, что останки людей, которые он нашел в Марселе во время рытья туннеля, действительно были скелетами погибших во время Великой чумы 1720 года. Исторически скелеты были точно идентифицированы той эпохой, и мы первыми в мире разработали метод диагностики прошлых эпидемий с использованием остатков пульпы зуба из внутренней части самого зуба для молекулярной диагностики. Я проделал эту работу с моим коллегой Мишелем Дранкуром и нам посчастливилось иметь студентастоматолога Жерара Абудхарама, который хотел пройти с нами исследовательскую стажировку. Мы не знали, как дать ему промежуточный предмет между его профессиональной подготовкой и исследованием, и мы выбрали зубы. Такую стратегию использования пульпы зуба для генетической диагностики и диагностики инфекционных заболеваний сейчас практикуют все, но мы были первыми, кто это разработал и сделал в 1998 году. У нас все было просто, мы специалисты по диагностике. В настоящее время мы ставим 200 000 молекулярных диагнозов в год, в том числе в большинстве развитых стран: США, Италии, Англии, Израиле. Идентификация скелетов была точной. У нас даже был реестр умерших в Hôtel-Dieu с 1720 года, и мы опубликовали его в одном из лучших журналов мира. Это исследование для нас было чисто техническим. Мы уже знали, что Великая чума была вызвана Yersina pestis. Потом наша работа была подтверждена и другими находками. Будучи в то время президентом университета, президент Тулузского университета, профессор Ларруи, сказал мне, что у него есть доступ к древнему кладбищу в Монпелье, прекрасно описанное документально и содержавшее останки людей. Великая чума средневековья, случаи которой были клинически описаны Ги де Шолиаком (Папским врачом в Авиньоне) имеет совершенно типичные симптом чумы, а именно бубоной чумы. Мы это подтвердили научной работой. Так что, будучи президентом университета, я все равно получил возможность заниматься научной работой, которая окончательно проливает свет на причину средневековой чумы. Наша работа вступила в конфликт с бестселлерами, циркулирующими в Соединенных Штатах и Англии, о которых я не знал. В Соединенных Штатах в рамках важных научных проектов предполагалось, что Великая чума средневековья была вовсе не чумой, а геморрагической лихорадкой. Причина этой гипотезы заключалась в том, что люди путали Черную смерть с геморрагической болезнью, которая приводит к почернению кожи. В то время как термин «черная смерть» появился более чем через сто лет после Великой чумы средневековья, чтобы определить ее темный и ужасный характер. Эти люди, конечно, не знали о клинических описаниях, сделанных в то время, особенно о тех, которые были сделаны во Франции. Вторая причина заключалась в том, и здесь это был интересный вопрос -это крысы, которые были источником чумы, и их не было тогда в северной части Европы, которая, тем не менее, была поражена с такой же силой. Так что это был интересный научный вопрос, но как только наше открытие было сделано, оно было поставлено под сомнение, особенно потому, что английская группа ученых, не особо шарившая в диагностике, безуспешно пыталась повторить нашу работу. Их неудача, как они думали, на самом деле была не неудачей, а доказательством того, что наши результаты были ложными. Несмотря на то, что пять или шесть разных команд с разными образцами подтвердили наши результаты, потребовалось семнадцать лет, чтобы наше открытие было принято всеми! Обратите внимание, что Википедия, в частности, отвергла наши результаты. Интересно, что немецкая команда ученых в последствии опубликовала в журнале Nature геном чумы, полученный из зуба больного чумой, представив это как полную новизну и их собственный прорыв, не ссылаясь ни на одну из наших 17 научных публикаций, в которых демонстрировалось ровно то же самое. Все социальные сети подвергли сомнению само существование чумы из-за Yersina pestis, чтобы сохранить тайну — «неизвестность»! — по причине Великой чумы средневековья, унесшей жизни 30% населения. BBC пришли к нам, чтобы взять у нас интервью и пришли к выводу, что мы были неправы и что Великая чума средневековья не была вызвана Yersina pestis. Дебаты сейчас закрыты, но мы показали какие научные доказательства могут быть представлены. Мы уже были одной из самых известных диагностических бригад в мире. Антропологическая оценка останков людей была точной. Мы устранили страх перед болезнью, происхождение которой люди не знали, и тем самым свели на нет написание романов и придумывание научных проектов по теме, которой уже не было. Сторонники саспенса временно победили ... Во время последнего безумия, связанного с Эболой, в Гвинее, Конакри, мы увидели, что страх перед Эболой достиг пугающих размеров. Тот факт, что имело место лабораторное заражение одним из этих вирусов геморрагической лихорадки (Марбург) и что нет известного лечения от Эболы, требовалось, чтобы распространение этого вируса проводилось в условиях очень высокого уровня безопасности. Среди лабораторий безопасности у нас есть лаборатории типа Р3. В настоящее время у нас есть 1600 м2 лаборатории P3, некоторые из которых называются P3 +, которые изолированы внутри огромных лабораторий и где люди работают в «скафандрах». Меры предосторожности таковы, что риски отсутствуют. В любом случае лаборатории P4, которые являются ведущими лабораториями, теоретически предотвращают любой возможный источник заражения в результате лабораторных манипуляций. Я думаю, что лаборатории P4 для размножения вирусов, создания экспериментальных моделей или массового производства для испытания вакцин вполне оправданы. Но для изоляции лабораторий P3 + более чем достаточно. Между тем напуганная администрация овладела страхом перед вирусами геморрагической лихорадки и нам запретили иметь ДНК или РНК тех вирусов, которые считаются чрезвычайно опасными. Это означало, что мы больше не можем проводить тесты. Более того, обеззараживание этих вирусов, таких как РНКвирус, довольно просто. На самом деле существуют тесты, которые продаются в Германии, но никто не имеет права их делать из-за этого риска. Поэтому мы должны отправить все в P4. В то время в Лионе была лаборатория P4, и поэтому для постановки диагноза вы должны были отправить образец в Лион и ждать результата вместе с пациентом (который лечился как больной чумой Средневековья, несмотря на отсутствие риска передачи). Затем Европа добавила, что основные обследования пациента, которые проверяют его эритроциты и лейкоциты, ищут факторы кровотечения, повреждение печени , все эти исследования должны были быть выполнены в P4. Таким образом, лечение само по себе здесь у нас стало само по себе невозможным. В Европе первых пациентов с подозрением на болезнь Эболы можно было лечить только в Гамбурге. У нас был опыт такого рода несоответствий в середине лета, когда несчастный африканец вернулся из Гвинеи в Тулон со своей женой, больной малярией. Первый взятый образец показал, что у нее действительно было это заболевание. Тогда возник вопрос, а вдруг еще и Эбола? Ситуация стала драматичной, потому что только несколько специализированных центров во Франции имеют право брать образцы крови на Эболу. Несмотря на то, что ранее мы без проблем брали кровь у одних и тех же пациентов. Это было уже невозможно, нам пришлось перебросить в Марсель с экипировкой космонавтов эту несчастную женщину, которая плохо говорила по-французски, чтобы сделать этот анализ крови. Но этот анализ крови, хотя у нас были все реактивы для постановки диагноза, нам не разрешили делать. Кровь нужно было отправить в Лион, в P4. Это было непросто, это был август-сезон отпусков и на дорогах пробки из сотен километров. Префектура решила отправить вертолет. Вертолет не смог взлететь из-за ужасной грозы. В конце концов, мы улетели и вернулись с отрицательными результатами! Фактически, очень быстро Генеральное управление здравоохранения приняло решение разрешить проводить обычные анализы крови в лабораториях P3, которыми мы оснащены, но не саму диагностику. Чтобы помочь нашим малийским друзьям, у которых появились случаи Эболы, мы отправили им комплект с диагностическим устройством для того чтобы они могли безопасно проводить тесты. Но тут же начал орать ВОЗ, что мы себя ведем в данной ситуации абсолютно необоснованно. Благодаря нам, люди в восточной Гвинее, откуда нужно было несколько часов добираться до Конакри, чтобы иметь доступ к тестированию, получили это самое тестирование на месте. Страх не только виртуален, он может убивать людей. История с Эболой убедила меня в том, что самым опасным в этих ограниченных эпидемиях был страх, который они вызывали. В этой истории есть один важный момент, о котором все забывают, но к которому я еще вернусь позже, а именно — большинство этих возникающих болезней являются зоонозами (передаются от животных к человеку), а когда они готовы к передаче от человека человеку, то важную роль играет сам момент, в котором эта передача возможна и конкретная экосистема в которой происходит передача. Проще говоря, шанс, что вирус вызовет пандемию чрезвычайно низок. И вроде бы страхи должны уходить, но этого не происходит. Почему? Потому что на смену им приходят новые, более свежие страхи. 6 РЕСПИРАТОРНЫЕ ИНФЕКЦИИ, SARS — ДИСПРОПОРЦИОНАЛЬНАЯ ПАНИКА. ГРИПП — ОТСУТСТВИЕ ЗНАНИЙ, ЧТО СУЩЕСТВУЕТ АДЕКВАТНОЕ ЛЕЧЕНИЕ SARS Мой новый отчет я отправил в министерство в 2003 году и прежде чем он был принят без особого энтузиазма, появился SARS. SARS (тяжелый острый респираторный синдром) — это был новый вирус, а точнее коронавирус. Общая паника и возвращение к моему отчету, в котором говорилось, что среди основных опасностей есть вероятность появления нового респираторного вируса, более заразного и более тяжелого варианта гриппа и нам надо к этому подготовиться. Мир так устроен, что в нем очень любят пророков, так что тот отчет быстро реабилитировал меня в глазах членов кабинета министров. SARS вызвал непропорциональную панику, хотя болезнь возникла без понимания причин и исчезла сама собой в августе 2003 года, не понятно по каким причинам. Возможно, это заболевание было только сезонным. Оно коснулось относительно немногих человек, потому что в общей сложности на поверхности Земли умерло около 800 человек, а ежегодная смертность от респираторных вирусных и бактериальных инфекций того времени составляла от 4 до 5 миллионов. SARS был предметом ряда исследований, был проект по созданию вакцины, о которой я расскажу позже, и значительное количество научных публикаций, в том числе в лучших журналах. Однако есть несколько очень неясных моментов, выявленных с SARS. Запустим очередной камень в огород тех, кто занимается моделированием эпидемий. Дело в том, что люди не передают механически с определенным ритмом вирус в окружающую их среду. Мы знаем, что дети передают гораздо больше респираторных инфекций, чем взрослые, потому что количество вируса, присутствующего в их мокроте, больше, чем у последних. Мы также знаем, что дети передают инфекции друг другу чаще, чем взрослые, потому что их социальные и физические взаимодействия имеют разную природу. Они сморкаются, целуют друг друга, касаются друг друга и имеют много контактов в сообществе. Речь о том, что есть так называемые «суперраспространители», то есть те, кто способен заражать гораздо больше, чем другие. В отеле Гонконга, где атипичная пневмония начала распространяться за пределами Китая, был суперраспространитель, заразивший почти 100 человек. Как он их заразил не очень понятно, потому что годы спустя было показано, что некоторые инфицированные люди жили на расстоянии до 100 метров от того отеля, не посещали этот отель и не имели прямого контакта с его работниками. Таким образом, передача этого вируса остается загадочной ... Однако он оставил особенно сильные воспоминания, последствия которых в настоящее время видны в глобальной панике, вызванной коронавирусом в Китае. Однако помните, что SARS появился внезапно (это вирус летучих мышей) и так же внезапно исчез! Грипп также оставил очень плохие воспоминания в двадцатом веке. Речь о так называемом «испанском» гриппе или «испанке», которая на самом деле появилась в США в 1917 году. Считается, что этот грипп убил большое количество людей, в основном молодых, особенно солдат. По оценкам, во всем мире могло погибнуть до 40 миллионов человек. Дело в том, что причина тяжести испанского гриппа до сих пор не установлена. Единственное, что известно на данный момент с 2008 года исходя из тех документов о вскрытие умерших той эпохи, хранящихся в США – это то, что 97% пострадавших умерли в результате вторичных бактериальных инфекции. В любом случае, сценарий «испанки» сегодня невозможен, потому что у нас есть эффективные антибиотики против вторичных инфекционных бактерий, а именно: пневмококка (против которого у нас есть вакцина), стрептококка, Haemophilus influenzae и золотистого стафилококка. Это те же самые бактерии, которые чаще всего убивают при тяжелой форме кори в беднейших странах, где нет нормального здравоохранения и антибиотиков. Тем не менее, грипп остается серьезной проблемой, что оправдано, учитывая изменчивость вируса. Это объясняет, почему производство вакцин проверяется ежегодно, и они содержат смесь последних вирусов. И вакцины варьируются по эффективности из года в год, в зависимости от циркулирующих вирусов, но, к сожалению, вирусы в вакцине и те, что пришли, например, именно в данный момент не всегда совпадают. Примечательно, что сейчас борьба с гриппом принимает интересный оборот: страны, которые имеют наиболее динамичную стратегию вакцинации, поняли, что переносчиками этого заболевания являются маленькие дети, живущие в сообществах. Дети также являются лучшими рецепторами для вакцинации. Вакцинация детей с самого начала их социальной жизни защитит их самих (каждый год все еще умирают очень маленькие дети из-за гриппа), а также позволит сохранить окружающих. Важно понимать, что у людей после 70 лет вакцина работает все меньше и меньше. Поэтому для защиты пожилых людей необходимо вакцинировать детей. Это было доказано в Японии, где отказ от политики плановой вакцинации детей при начале обучения в школе сопровождалось резким увеличением заболеваемости гриппом среди пожилых. Англия и США рекомендуют вакцинацию детям, но во Франции об этом никто не говорит. Эффективность профилактики бактериальных инфекций во время гриппа также была продемонстрирована эффективностью пневмококковой вакцины при диагностике тяжелого гриппа. Действительно, часто диагностируется тяжелый грипп, который уже дал вторичные бактериальные инфекции. Следует также отметить, что вакцина против вируса гриппа в течение многих лет создавалась путем инокуляции куриных яиц с эмбрионами, которые были чрезвычайно выгодны экономически и эффективны для получения вируса. Это было основой вакцинации против вируса гриппа, наблюдаемого у людей. Мы вернемся еще к этому. Поэтому SARS вызвал значительный страх, последовавший за эпизодом чикунгуньи, и страх перед гриппом усилился. Моя первая книга об инфекционных заболеваниях была опубликована в 1999 году. Ко мне обратился издатель с целью, чтобы я написал о гриппе и новых инфекционных заболеваниях. Я объективно написал, не поддаваясь эмоциям или чрезмерному оптимизму. Книга не соответствовала той динамике всеобщего страха, который присутствовал в СМИ на тот момент. Увы, это был полный провал в продажах. Было куплено всего около 2000 экземпляров. В то же время появилась книга-катастрофа — Pandemic: The Great Threat, авторами которой были мои коллеги, которых я уважал, профессор Франсуа Брикер и пульмонолог. Баннер книги устрашающе гласил: «Завтра во Франции грипп. 500000 мертвых?». Это гораздо больше резонировало с паникой и страхом, и я думаю, что успех их книги был невероятным, в сравнение с моей. Во время продвижения моей книги меня пригласили на ТВ шоу, где я пережил совершенно сюрреалистический момент. Фред Варгас, некий писатель, пишущий детективные романы, который был вместе с нами на шоу, на полном серьезе говорил, что надо снова одевать костюмы против гриппа, точно такие же, как одевали мед работники во время средневековой чумы. Признаюсь, эта сцена оставила у меня особые воспоминания. В любом случае, этот великий страх перед гриппом не имеет большого смысла, потому что лечение и антибиотики предполагают, что разрушения, которые он когда-то вызвал, больше не произойдут. Более того, в последние годы реаниматологи разработали систему, которая позволяет выживать, пока ткани восстанавливаются, благодаря экстракорпоральному кровообращению, которое применяется при кардиохирургических операциях. Тем не менее, все эти вызывающие беспокойство свидетельства создали атмосферу прискорбной драмы. 7 ПТИЧИЙ ГРИПП: БОЛЕЗНЬ-ФАНТОМ. Чтобы понять эмоции, охватившие мир в страхе перед птичьим гриппом, необходимо вспомнить теорию, лежащую в основе вируса гриппа. Вирусы гриппа и, в частности, наиболее распространенный вирус А, имеют два основных белка: гемагглютинин, который определяет тип, называемый H, и другой белок, нейраминидаз, который определяет обозначение N. Таким образом, первый идентифицированный вирус «испанского гриппа», был назван H1N1, а последующие вирусы с вариациями из этих двух. Белки постепенно получили числовое обозначение. У вируса гриппа есть особенность: это РНК-вирус (а не ДНК), то есть очень изменчивый. Кроме того, это сегментированный вирус, и среди семи составляющих его сегментов можно произвести перегруппировку, чтобы создать мозаику. Этим объясняется его большая изменчивость. Вирусы развиваются в большей степени у птиц, в промышленном птицеводстве, где велика их концентрация, и особенно это наблюдается в Азии. Таким образом, создаются идеальные условия для перегруппировки различных вирусов, которые могут вызвать серьезные эпидемии (так называемые эпизоотии) у животных. Обычно эти вирусы относительно специфичны только у птиц, но время от времени они могут инфицировать других животных, и даже человека, но в последнем случае, как правило, болезнь не передается другим людям. Ситуация меняется, когда человек заражается от животного. В данный момент мы говорим о зоонозе. Вирусы от птиц могут переходить к свиньям, которые часто выращиваются вместе, такое часто имеет место на Востоке. А у свиней перегруппировка вирусов может создать новый вирус, который передается другим свиньям. Таким образом, передача вируса от свиней человеку происходит гораздо чаще и легче, чем прямой переход от птиц к человеку. Часто важные мутанты гриппа проходят этот пассаж рекомбинации у птиц к свиньям и затем человеку, в результате чего они становятся передаваемыми другим людям. Да, это происходило и обязательно повторится. В 2004 г. вирусный штамм, достаточно серьезный, проявился у птиц, который был идентифицирован как H5N1. Этот штамм очень быстро распространился по миру, тем более что некоторые перелетные птицы могут переносить его без особых патологий, например, утки. Эта эпидемия среди птиц вызвала безумие, отчасти потому, что все ожидали катастрофы, связанной с этим гриппом, отчасти потому, что специалисты, которые орали на право и налево о скором конце нам всем были скорее ветеринарами, у которых нет такого же видения, как у врачей, в отношении видового барьера, то есть способности вирусов передаваться от птиц к человеку. И, наконец, потому что все это было основано, как обычно, на экспериментальных моделях. По этому последнему пункту ВОЗ часто ломает голову, а заканчивается это «поджиганием» планеты. В реальности, до 2008 года птичий грипп унес жизни менее 250 человек во всем мире, в основном в Азии, в развитых странах и, конечно же, во Франции — никого. Но птичьего гриппа хватило, чтобы напугать всех, в том числе и первых лиц Европы. Помимо страха, это явилось реальной проблемой, потому что этот вирус убивает птиц, в частности цыплят и зародыши в яйцах. Поэтому мы не можем сделать обычную вакцину против гриппа, используя эмбрионы в яйцах. Придется найти альтернативную систему. Эта альтернативная система создания вакцин должна финансироваться государственными службами, потому что рынок вакцин полностью зависит от политических решений. Ни одна лаборатория не может взять на себя обязательство по производству вакцин, если они не будут гарантированно куплены или рекомендованы государственными службами. Особенно во Франции, где рекомендация означает возмещение по страховке. Чтобы получить такой вирус в количестве, достаточном для вакцинации и иммунизации, его необходимо культивировать, и не в яйцах. Можно на клеточных культурах, но отдача ниже, а стоимость намного выше. Кроме того, у таких вакцин слабая иммунизация у людей, и это приводит к тому, что приходиться использовать адъюванты для увеличения силы самой вакцины (эти адъюванты вызывают боль в вакцине от H1N1), и для их эффективности требуется делать две инъекции, тогда как обычная вакцина против гриппа включает только одну. Таким образом, среди всех фантомных болезней птичий грипп был одним из самых исключительных, потому что в Европе не было смертей, но мы профинансировали для французов совершенно бесполезную вакцину против болезни, которая не существует у людей. Отлично! Кроме того, использовать в качестве вакцины штамм, который вряд ли может передаваться людям, для защиты от штамма, который так и не стал передаваемым людям – ну это просто научный бред. Помимо вакцины, эта ложная тревога, в которой бывший директор ВОЗа Маргарет Чан сыграла важную роль, предельно ясно обозначила вектор этой организации. ВОЗ стал поджигателем планеты во всех эпидемиях. Да и что можно ожидать от ВОЗа, если он состоит не из ученых-экспертов, а из представителей всех народов мира с их так называемыми «исследовательскими учреждениями», которые спят и видят, как они получат очередные деньги от ВОЗа на, свои «исследования». H7N9 — это новый ужасающий вирус птиц, о котором было сообщено в 2013 году в Китае. Здесь мы тоже с самого начала наблюдали крайнюю драматизацию этого вируса у птиц, который так и не вышел за пределы стадии зооноза, то есть передачи прямо от птиц. Этот эпизод начался весной и очень быстро прошел. Пострадавшие пациенты были в основном те, кто проживал на фермах или имел к ним отношение. Несколько случаев вновь повторились в Китае в конце осени 2016 года. В целом считается, что 350 человек умерли от H5N1 и 250 — от H7N9, ни одного случая в развитых странах, ни в Европе, ни в США. Все случаи были ограниченны Востоком. Эти два эпизода иллюстрируют несколько вещей. Во-первых, условия жизни птиц со значительными концентрациями способствуют возникновению эпидемических заболеваний (эпизоотий), и что такая высокая плотность обитания рискует возникновением новых зоонозов. Таким образом, новые болезни очень часто появляются в сообществах животных, которые живут с очень высокой плотностью. Так обстоит с цыплятами и свиньями в Азии и Европе. То же самое с грызунами и летучими мышами в дикой природе, которые могут жить колониями по несколько тысяч особей в одной пещере. Это, например, объясняет в Европе эпидемии среди людей бактериальных клонов Escherichia coli, золотистого стафилококка и энтерококков, резвившихся у кур и свиней. Птичий грипп показал, с каким энтузиазмом ВОЗ и СМИ относятся к этой болезни, являющейся обычным явлением, и болезнь никогда не передавалась от человека человеку. Не говоря уже о смехотворности всей паники, которую они спровоцировали и затраты на подготовку человечества к катастрофе, предсказанной людьми, моделирующими эту самую катастрофу. Если мы сравним 500 смертей от двух птичьих гриппов с 4 — 5 миллионами смертей от респираторных инфекций, которые происходят каждый год в течение пятнадцатилетнего предупреждения о птичьем гриппе, да еще и увидим официальные лица стран, которые уже готовы спасти человечество от Апокалипсиса. Я начинаю сомневаться в их адекватном восприятии действительности. Ну и конечно, все эксперты в этой области будут придерживаться идеи, что это ужасная проблема, что государства должны финансировать исследования, разработку вакцин, открытие лекарств, больше тиражей и рейтингов научных журналов. Все это образует единое целое, которое со временем выходит из-под контроля. В дополнение к значительному экономическому дисбалансу — это будет иметь очень важные последствия, по крайней мере во Франции, для стратегии вакцинации перед лицом новой болезни, на этот раз реальной: того самого настоящего гриппа H1N1. 8 КРИЗИС H1N1 После птичьего гриппа, держа в памяти «испанский грипп» и последовавших за ним книг о катастрофах, мир был готов к новому кризису — гриппу H1N1. Есть два типа гриппа: А и Б. Среди А грипп H1N1 не циркулировал со времен «испанского гриппа». Эпидемия началась в Мексике, это был вариант гриппа H1N1, который, как считалось, давно исчез (наиболее распространен грипп H3N2). Как обычно, первые обнаруженные случаи заканчивались смертельным исходом, зарегистрированная смертность с самого начала огромна, также был найден источник — свинья. Итак, мы начнем с того, что назовем это свиным гриппом или мексиканским гриппом. Что интересно, он начал развиваться весной и летом, что необычно, но это случается с пандемиями по совершенно неизвестным причинам. Так, например, летом (1918- 1919 гг.) начался «испанский грипп», а также гонконгский грипп (в 1968 г.). Это были две самых смертоносных эпидемий гриппа. Поэтому все снова были готовы бороться с этим новым гриппом. Остерхаус, один из самых известных исследователей в области вирусологии, но ветеринар, доверявшийся экспериментальным моделям (ребят, никто не идеален), показал, что вирус свиного гриппа имеет по патогенности промежуточное звено между «большим» вирусом «испанского гриппа» и обычными циркулирующими вирусами. Смерть хорька, во время опыта, показала, что смертность среди людей должна быть значительной, потому что есть повреждения легких (больше чем бронхов). Естественно, это вызвало катастрофический взгляд на новый грипп. Во Франции, Президент тут же берет дело в свои руки при содействии Министра здравоохранения Розлин Башло, которая, до того, как стать Министром, была просто ведущей на радио. Профессор Заттара из Совета Ордена быстро просит меня написать заметку для них, и, учитывая то, что мы знали в то время (мы уже знаем, что люди, переболевшие «испанским гриппом», умерли от вторичных бактериальных инфекций), я пишу статью, в которой рекомендую вакцинацию против пневмококка для всех возрастов, чтобы избежать вторичных бактериальных инфекций, а также назначение антибиотиков в тяжелых формах. Я также предлагаю обратиться к врачам общей практики в вопросах вакцинации. Моя заметка привела к дефициту пневмококковых вакцин! Однако государство решило справиться с эпидемией как с войной, но без солдат, что было сложно и больше походило на видеоигры, чем на реальность. Государство решило обойтись без врачей общей практики для борьбы с гриппом, что действительно было впервые! Кроме того, безумие птичьего гриппа привело к разработке совершенно неадекватных стратегий вакцинации против циркулирующего вируса, несмотря на то, что это был достаточно обычный вирус гриппа человека. Его вполне можно культивировать в яйцах и, таким образом, быстро производить недорогие вакцины. Но правительство оставалось под влиянием безумия птичьего гриппа. Как сказано в Библии, «родители ели слишком зеленый виноград, и у детей были раздраженные зубы». Безумие птичьего гриппа спровоцировало прививочную стратегию к гриппу, которая не могла работать в принципе. Вакцины дороги, понадобится две инъекции, и они болезненны из-за адъювантов. Производимые на скорую руку вакцины, фасовались в ампулы на 10 единиц и не были представлены в индивидуальных дозах. На высшем уровне быстро поймут, что врачи не смогут вводить вакцины 10 на 10, используя эти 10- единичные ампулы. Поэтому они приняли решение, что эта общая вакцинация будет проводиться в общественных местах без какой-либо стратегии. Однако уже в июле 2009 года в Медицинском журнале в Англии была опубликована статья, в которой было показано, что инъекции с традиционной вакциной более чем достаточно, потому что это был обычный человеческий грипп! Нет необходимости делать вторую инъекцию. Беременных женщин решили не вакцинировать вообще. С самого начала мы были удивлены, увидев, что, в отличие от обычного гриппа, молодые люди болели чаще, чем люди старшего возраста. Я попытался связаться по этому поводу с людьми, которых я знал в среде Министерства здравоохранения и администрации президента, но получил суровый выговор и мне сказали, чтобы я не лез, так как они и так прекрасно знают что делать. Прикольно слышать такое от людей, которые не в курсе что такое инфекционные заболевания и не видели в своей жизни ни одной эпидемий! Интересно, что во Франции эта новая вакцина с этим новым адъювантом не демонстрировала никакого снижения заболеваемости, и один из членов Высшего совета здравоохранения сказал, что беременным женщинам не следует вакцинироваться, дабы не рисковать. Ну, здорово! Он ведь видимо не в курсе, что беременные относятся к группе наибольшего риска. Грипп — одно из самых опасных и даже смертельных заболеваний, в том числе для беременных женщин, и им в первую очередь следует сделать прививки. Это показывает, что в правительстве иногда достаточно, чтобы один человек нес полную чушь, но авторитетно, а другие некомпетентные приняли под козырек и реализовали сюрреалистическую стратегию. Чтобы отказаться от этой рекомендации, потребовалось некоторое время, потому что никто из лиц, принимающих решения, не имел четкого представления о том, что такое научные знания. Во время эпидемических рисков наиболее важно иметь повседневные знания о реальности, о которой не говорят на официальных встречах, а сообщают люди, которые фактически являются просто наблюдателями. Летом у нас продолжаются случаи заболевания гриппом, что довольно удивительно для стран с умеренным климатом. Помните, что в странах с умеренным климатом грипп ходит в холодные месяцы, но он имеет место быть круглый год в жарких странах и, особенно, в сезон дождей, который соответствует лету в регионах с межтропическим климатом. Никто точно не знает, что вызывает сезонные колебания гриппа или других инфекций. Именно в том году заболеваемость гриппом H1N1 достигла пика осенью, например. Таким образом, правительство стало готовиться к эпидемии. Для такого города, как Марсель, путем экстраполяции потребностей Новой Зеландии, в которую грипп пришел раньше, чем во Францию, я подсчитал, что нам понадобиться 10 коек для больных гриппом с учетом средней продолжительности пребывания в больнице с этой патологией и несколько коек в реанимации, особенно с экстракорпоральными системами кислородного обмена, которые являются новым способом спасения тяжелых пациентов. Но государство, находясь в своем видении мировой войны против гриппа, запланировало для Марселя 700 больничных коек в реформированной больнице. Это был проигранный бой! На самом деле нам никогда не было нужно больше, чем 10 коек, а планировалось 700, и невозможно было объяснить, что это было не соразмерно рискам: это было пропорционально ядерной войне! Конечно, 700 коек в бывшей закрытой больнице, предназначенные для лечения гриппа, никогда не использовались, особенно при гриппе H1N1. Грипп прекратился с наступлением холодов, то есть незадолго до Рождества. У нас больше не было случаев H1N1 до конца зимы того года. Эпидемии высмеивают наши прогнозы. Этот грипп остался очень загадочным, как и многие инфекционные заболевания, которые, будучи заболеваниями сложных многопараметрических экосистем, не могут быть объектом математических моделей. В любом случае, огромная трата на дорогие двойные вакцины стала предметом скандала! У меня была возможность поговорить с комитетом Сената. С июля уже знали, что не обязательно было делать две вакцины на человека. Это создавало ощущение, что государством манипулировала фармацевтическая промышленность. И это вызвало значительное недоверие к вакцинам в целом и вакцинации против гриппа в частности. В настоящее время вакцинация значительно снизилась. Худшая кампания вакцинации, которая проводилась — это кампания против вируса H1N1, во время которой наблюдалось массовое неприятие среди медицинского персонала, чего у нас еще не было. Когда мы совершаем ошибку, это долго окупается, даже если действующих лиц, допустивших ошибку, больше нет. Однако возникла новая болезнь, действительно связанная с этой новой вакциной, очень редкое заболевание, называемое нарколепсией. Те, у кого она есть, засыпают спонтанно. Это заболевание не связывали с вакциной, до тех пор, пока его не обнаружил финский врач. Зачастую открытия делаются больше любопытными, чем массами. Или благодаря наблюдениям за аномальными элементами или исключениями. Бегство институтов или отдельных лиц, известное среди греков как высокомерие, типично для наших времен, когда не хватает того, что называлось «спокойствием старых войск». То есть люди, привыкшие к такому виду ситуаций, которые относятся к ним серьезно, но не теряют спокойствия. Все наблюдают за лидерами, чтобы увидеть, воспринимают ли они это серьезно, чтобы знать, не обезумели ли они, потому что страх чрезвычайно заразителен. И снова, когда дело доходит до гриппа H1N1, в первые дни эпидемии страх был опаснее всего остального. Наконец, с этой эпидемией произошло странное явление: люди старше 60 лет не болели или почти не болели гриппом. Смертность была обычной в сравнении другими обычными эпидемиями гриппа. Отсутствие заболевания у лиц старше 60 лет может быть связано с тем, что в 1970-х годах их вакцинировали от вируса H1N1, которые пришел из России, и эта иммунная память защитила их от этого нового вируса, который, в конце концов, был не совсем новым. Эти люди каким-то образом получили естественную вакцинацию. Вакцинация 1978–1979 годов также содержала этот вирус. 9 ВИРУС ЗИКА. Вирус Зика — очень хороший пример, показывающий, как трудно убедить медицинские власти, когда вы находитесь вне системы. Дидье Муссо, молодой человек, который проходил стажировку в Марселе и работал с Мишелем Дранкуром и мной, уехал на Таити, чтобы открыть общую диагностическую лабораторию. Затем он был принят на работу в исследовательский институт на этом острове Французской Полинезии. По разным причинам и посоветовавшись со своими бывшими коллегами здесь, в Марселе, он решил начать исследование векторизованных вирусных заболеваний, в частности денге, которое широко распространено на Таити. Разработав методы культивирования лихорадки денге, он случайно обнаружил прибытие чикунгуньи во Французскую Полинезию, которое он описал. Затем он с удивлением выделил у лихорадочного пациента другой вирус, не соответствующий лихорадке денге или чикунгунья, и, учитывая последовательность его генома, он понял, что это был вирус, который не был известен в Тихоокеанском регионе: вирус Зика. Этот вирус начал распространяться в Индонезии несколько лет назад и имел репутацию непатогенного. Дидье Муссо, напротив, считал, что он был патогенным, и, в частности, что он вызывает синдромы неврологического паралича, называемые синдромом Гийена-Барре. Он сообщил этом французским властям, властям Таити, принял меры по предотвращению передачи путем переливания крови на месте и представил эту новую эпидемию из Французской Полинезии в Марсель нашей группе. В то время я был редактором европейского журнала об инфекционных заболеваниях «Клиническая микробиология и инфекция» и сразу же попросил его сделать для нас редакционную статью об этом вирусе Зика. До этого мы знали только, что он был изолирован, на самом деле не связанный с какойлибо болезнью. Эта первая опубликованная статья открыла новую эру вируса Зика. Однако Дидье Муссо не удалось убедить французские власти в том, что происходило на французской территории Полинезии, что говорит о многом. Действительно, вирус Зика продолжил свой путь по миру. Сначала он попал из Французской Полинезии в Гайану, а затем в Бразилию, поскольку передавался комарами, передающими денге и чикунгунья. Это неожиданно вызвало эпидемию в Бразилии, жители Соединенных Штатов, путешествующие в эту страну, заразились этой болезнью, и именно так Центр по контролю за заболеваниями Атланты обнаружил Зику. Затем началось международное общение, посредством которого были мобилизованы французские власти. Пока проблема не была определена на международном уровне Центром контроля заболеваний или ВОЗом, власти оставались глухими. Однако это открытие соответствовало работе Дидье Мюссо, и из-за этой эпидемии он стал самым цитируемым в мире исследователем в области вируса Зика и даже одним из самых цитируемых исследователей, единственным французским вирусологом в 2019 году. Но ему не удалось убедить власти своей страны, потому что он не участвовал в «нормальной бюрократической цепочке». Однако, имея только выборку населения Таити, Дидье Муссо не обнаружил другие проблемы с вирусом Зика: у беременных женщин этот вирус вызывал порок развития плода, микроцефалию. В богатых странах его можно обнаружить с помощью ультразвука и избежать терапевтического аборта. В таких странах, как Бразилия, этого не было, и появилось поколение детей с микроцефалией. Мы с Муссо обсудили диагностику и лечение вирусных инфекций Зика, особенно у беременных женщин. Я посоветовал Дидье Массо протестировать антибиотик, который, как известно, часто действует на РНК-вирусы: азитромицин, распространенное лекарство, которое часто назначают детям и беременным женщинам. Этот препарат отлично подействовал на вирус Зика. Более того, другая команда опубликовала на экспериментальной модели эффективность этого же лечения. Но Дидье Муссо, который, тем не менее, является самым известным человеком в области Зика, объяснил мне, что эта работа, которую мы сделали вместе, была самой трудной для публикации среди всех его работ. В самом деле, и я вернусь к этому, найдя простое решение с помощью старого препарата для новой проблемы. Считается, что каждая новая проблема должна находить новое решение, не прибегая к использованию старых препаратов. Тем не менее, в отношении вируса Зика азитромицин имеет большие перспективы у беременных женщин, особенно в развитых странах, где можно контролировать риск микроцефалии у инфицированных пациентов. Но, как обычно, требовалось что-то новое, и как только было запущено предупреждение о вирусе Зика, были распределены миллионы на поиск новых методов лечения. И если бы исследователь опубликовал все это, объяснив, что это бесполезно, что эти миллионы не пойдут напрямую на это и что достаточно использовать дженерик, это спровоцирует важные политические решения и финансирование, таким образом, полностью противореча здравому смыслу. 10 ИНФЕКЦИОННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ ВО ФРАНЦИИ И ВО ВСЕМ МИРЕ В этой области у нас есть только фрагментарный взгляд на то, что происходит с точки зрения смертности, потому что разработанные методы и инструменты позволяют нам находить только то, что мы знаем, как искать. Таким образом, среди респираторных инфекций или среди менингитов методы обнаружения ДНК или РНК микробов до недавнего времени не позволяли поставить широкий диагноз. Однако так называемые мультиплексные методы, то есть проверяющие все известные вирусы, бактерии и паразиты, вызывающие заболевание (пневмония, менингит, диарея), открывают широкие возможности и открывают новую эру знаний. Этот предполагает, что при некоторых патологиях мы теперь обнаруживаем микробы, которые, как считалось, не участвовали в тяжелых инфекциях, в то время как они есть. Так обстоит дело с человеческими коронавирусами OC43, HKU, E229 и NL63. Более того, систематический эпиднадзор, особенно за респираторными инфекциями, на самом деле не проводится. В Марселе мы пытаемся сделать две вещи в Институте университетской больницы (IHU). Прежде всего, каждую неделю мы делаем то, что мы называем «массой мертвых», то есть, когда кто-то умер в университетских больницах Марселя, где мы занимаемся всей микробиологией, мы смотрим, какие микробы были в патогенной ситуации (способные убивать) за месяц до смерти. Конечно, мы не уверены, убивают ли именно эти микробы напрямую, но, когда мы находим один из этих микробов в респираторных образцах на пневмонию или мы находим очень больших убийц в пищеварительном тракте это считается правдоподобным. В Assistance publique de Marseille ежегодно проводится 125 000 госпитализаций, что соответствует примерно 1% госпитализаций во Франции. Таким образом, наши данные, если экстраполировать, соответствуют примерно 1%. Мы очень активно отслеживаем все инфекции, с одной стороны, и смертельные случаи, с другой. Среди всех инфекций за пять лет мы сосредоточили наше наблюдение на 3 миллионах тестов с 450 000 диагнозами инфекции. Между тем 15 000 человек умерло. У нас был 1 миллион бактериальных изолятов ,770 различных видов. Мы провели 650 000 антибиограмм, и поэтому у нас есть совокупные данные, возможно, самые важные в мире, по устойчивости к антибиотикам, что позволяет нам иметь более реалистичное и менее драматичное видение, чем официальные сообщения по этому вопросу. Среди пациентов, умерших у нас, наиболее опасными микробами являются: - Escherichia coli, убивающая у нас в Марселе не менее 76 человек в год, что соответствует 10 000 человек во Франции; - золотистый стафилококк, от которого погибли 59 человек, соответствует 8000 смертей во Франции. Эти две бактерии частично происходят из птицеводческих и свиноферм, очень часто это зоонозы, которые превратились в болезни человека. Часто это клоны, особенно когда они устойчивы. Однако следует отметить, что ни одна из инфекций, вызванных этими микробами, не была связана с бактериями, у которых были проблемы с устойчивостью к антибиотикам, и которые было трудно лечить. - Третий крупный убийца в нашей стране — это Klebsiella pneumoniae, бактерия, которая частото встречается и резистентность которой возрастает и которая, кажется, происходит из стран Юга. - Четвертый крупный убийца — Clostridrium difficile, убивающий 31 человека в год в Марселе. Это единственный убийца среди новых микробов, число которых растет во всем мире. Подсчитано, что во Франции он убивает 2500 человек в год. Наш расчет приводит нас к мысли, что существует двойная вероятность. Он убивает не менее 30 000 человек в год в Европе и 30 000 в США. Согласно ежегодному отчету Lancet, это единственная инфекция, число которой значительно увеличивается. И тем не менее, это не одна из новых болезней, о которых так много говорят. В отношении этого заболевания терапевтическая революция показывает, что не всегда высокие технологии позволяют лечить. Здесь революция — это пересадка экскрементов. Людей кормят экскрементами здоровых пациентов с коэффициентом излечения почти 90%. Это бросает вызов технологиям. Это также хорошая модель для понимания того, что в борьбе с инфекционными заболеваниями есть настоящая проблема. Действительно, для создания стартапа, предназначенного для борьбы с Clostridium difficile, необязательно иметь государственное финансирование или финансирование из Европейского Союза, потому что все люди, у которых есть деньги, знают, что это огромный рынок. Потому что предотвращение 60 000 смертей в богатых и большинстве промышленно развитых стран является приоритетной задачей. Таким образом, сейчас ищут средства в биотехнологиях, которые предназначены для Clostridium difficile. Это показывает голую реальность: мы не можем финансировать проекты против вируса Зика, Эбола или чикунгунья, чтобы заработать деньги, но мы вполне можем финансировать против Clostridium difficile, потому что это достаточно большой рынок и реальная проблема. Тогда возникает вопрос, нужно ли субсидировать его, потому что это не приносит денег прямо сейчас, потому что как бы нет болезни или серьезной проблемы, или если нет необходимости субсидировать его, потому что это серьезная проблема и обычное дело, деньги можно будет заработать. И деньги в этих условиях найти очень легко. После Clostridium difficile появляется микроб, это грибы рода Candida. Эти грибы убивают 31 человека в Марселе в год. Как гнойная палочка. Это появление действительно тревожно. Мы задаемся вопросом, не способствуют ли используемые нами антибиотики такому впечатляющему росту числа заболевших, а также росту сепсису, вызванному этим микробом. В любом случае для нас это очень волнующий вопрос. Далее идут первые вирусы. Вирусы гриппа, убивающие 25 человек в год в больницах Марселя. Но следует отметить, что многие люди умирают от гриппа в домах престарелых или дома (очень пожилые люди), что приводит к недооценке. На самом деле никто точно не знает, сколько людей умирает от гриппа во Франции. Число смертей колеблется от 4 000 до 10 000 в год. Такой широкий диапазон объясняется тем, что циркулируют другие вирусы респираторных инфекций, и небольшое количество проведенных анализов не позволяют оценить частоту заболевания. Затем мы находим Enterococcus faecalis, у которого часто есть входные ворота для мочевыводящих путей, что также может быть зоонозом у кур. И, наконец, респираторно-синцитиальный вирус, который является вторым по величине вирусным убийцей, имя которого большинство людей, похоже, игнорирует, и который, похоже, игнорирует большинство врачей, не только приводит к легким заболеваниям у детей. На самом деле, это серьезный убийца пожилых людей, и он встречается все чаще и чаще. Это связано со смертью 19 человек в год в Марселе, поэтому мы можем прикинуть, что во Франции ежегодно умирают от этой болезни около 2000 человек. Затем идут пневмококк, от которого в Марселе умирают 10 человек в год, и менингококковый менингит, от которого умирает только один человек в год, несмотря на его чрезмерное освещение в СМИ. Коронавирусы человека, NL63, OS43, E229 и HKU1, убивают в среднем трех человек в год у нас здесь, что, в сравнении с размерами Франции, вероятно, является серьезной проблемой. Метапневмовирус (вирус, обнаруженный Остерхаусом в Роттердаме) убивает у нас одного человека в год, его частота очень недооценена и плохо изучена. Туберкулез убивает только одного человека в год, и единственный смертельный случай не имел множественной лекарственной устойчивости. Наконец, в нашей стране корь за последние годы никого не убила. Последней погибшей была молодая женщина — путешественник, отказавшаяся от вакцинации. В Марселе же, напротив, большинство микробов, которым уделялось пристальное внимание в последние годы, никого не убили и, вероятно, не многих заразили. Это острый гепатит B, который, кажется, постепенно исчезает, Candida auris, устойчивый ко всему и вызвавший много шума, но случая которого мы не видели, Зика, клинический случай которого мы наблюдали чрезвычайно скромные в метрополии Франции и чикунгунья, которые не так серьезны, как лихорадка денге во Франции. Ни Эболы, ни SARSкороны, ни MERScorona. Что касается гонококков, о которых ВОЗ так беспокоится, что они могут опустошить планету изза своей устойчивости, то это не имеет под собой ничего серьезного. Это просто еще одна ложная тревога, позволяющая в очередной раз «закопать» деньги на создание лечения, хотя это отлично лечится, например, фосфомицином.

17 views0 comments

© 2019 Katie Alberts  

  • Grey Facebook Icon
  • Grey Twitter Icon
  • Grey LinkedIn Icon
  • Grey Facebook Icon
  • Grey Pinterest Icon
  • Grey Instagram Icon